В любое другое время его похвала доставила бы ей удоволь-ствие — она прозвучала искренне. Единственно искренне из всех его слов. Лорен, сжав губы, смотрела, как дежурные убирают посу-ду. Джордан молча налил ей кофе.

— Спасибо не ко мне, — наконец сказала Лорен. — Это все ваши мальчики. Они действовали так быстро, уверенно… привычно.

— Они действительно привыкли к таким вещам. Такие приступы случаются с кем-нибудь как минимум раз в месяц. Мы не всегда можем заметить признаки, но дети общаются гораздо теснее…

Он вновь неспешно отхлебнул кофе. Лорен смотрела на него с ужасом.

— Значит, все… все они? И Кейси?

— Разумеется.

Чуть приподняв брови, словно удивляясь, он взглянул поверх чашки.

— Лорен, — сказал слегка протяжно. — Не стоит так волноваться. Это не смертельно. Живут же люди всю жизнь с одной почкой или пороком сердца. Некоторые ограничения — и все.

— А если… если им не сделать укол? Вовремя?

Джордан поглядел в свою чашку, как бы проверяя, сколько там еще осталось.

— Это тоже не смертельно, — сказал, помолчав. — Во всяком слу-чае, для них самих. Да, Ричи, уже иду. Лорен.

— А? — Она подняла глаза. Джордан смотрел на нее сверху сво-им обычным полусонным взглядом.

— Ложитесь спать. У вас была трудная ночь.

*****

Лорен перевернулась набок, сонно наблюдая за перемещени-ем полосы света от фар медленно ехавшей мимо дома машины: она ползла по стене, полу, двери… падала в коридор. Лорен под-няла голову. Дверь была приоткрыта — узкая черная полоса на фо-не светлых обоев… На Лорен, казалось, повеяло холодом. Что это, шорох? Или звук доносится с улицы?

— Кто там? Кейси, это ты?

Голос прозвучал неуверенно — не сама ли с собой она говорит?

Тишина, а потом — снова шорох… шелест? — словно кто-то скользнул вдоль стены, задевая одеждой.